![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
orugaначало здесь
- Ты их загипнотизировала? – он ластился, но осторожно и отчаянно, как в последний раз.
- Почти. Они не будут больше говорить на эти темы, но с заменой документов придётся уехать, я не могу дважды воздействовать на людей без последствий. Будут наслоения предыдущего воздействия и нестыковки. Понимаешь? – а я отдавалась, как будто прощалась.
- Не вздумай уходить без меня, я без тебя не жилец, а ты без меня свой десятый не вернёшь.
- Это шантаж? – укусила я его за ухо.
- Ай, если понадобится, то шантаж!
- Я могу вернуть десятый хвост без тебя. Это просто энергетический уровень. Закрою канал подпитки тебя и через пару сотен лет десятый сам отрастёт, ну или лет через двадцать медитации.
- Сколько? Я столько не выдержу!
А на следующий день позвонил юный полицейский, и пришлось ехать, забирать документы.
- Я одна поеду, тебе не стоит смотреть на всё это.
- Что ты ему пообещала?
- Пока ничего, не волнуйся.
- Ты вернёшься?
- Обязательно!
Как же хорошо, что Денис не поехал, думала я, глядя на останки юной совсем девчушки. Израненное тело, слишком молодое, чтобы умирать, слишком истерзанное, чтобы продолжать жить.
- Я кое что знаю про тебя, ты сама вложила в меня эти знания, когда просила найти документы. – слишком сосредоточенное личико молодого офицера полиции.
- Я смогу, но мне нужно фото, а не останки. И ещё, ты меня прикроешь перед Денисом. Так надо. Я должна прервать отношения с ним, чтобы измениться. – провела рукой над личиком девчушки и вздрогнула, ощутив силу монстра-изувера, который так над ней надругался.
- Ты уже меняешься. Ты сможешь нам помочь его поймать? Ты же сильная? – его губы задрожали.
- Я сильная, а ты нет. Пойдём в кабинет или ещё куда, поговорим. Мне нужны данные и фотографии, остальное я потом восполню, первое время будем ссылаться на шок от всего. – мы шли по коридору и я скрывала лицо от встречных, уже начались изменения, обратимые, но заметные для посторонних.
- Что будет нужно: выступить в суде, но к тому времени мы его поймаем точно! Ловить буде на живца, то есть на тебя. Это сейчас она в нашем морге, а вчера была в больнице, там пока молчат и близких не пускают. Я договорился. И шеф помог, хотя он не в курсе до конца. Как же ты меняешься, меня сейчас стошнит…- он отвернулся.
- Как же я не хочу в больницу ехать. Сделаешь мне с ним очную ставку без свидетелей, если будет тяжело, я тебе потом память подотру с твоего разрешения? – я пока убрала раны с лица и тела, их можно и в больнице навести.
- Мне и так жутко, а ты…
- За кого ты боишься больше? За себя?
- За тебя, а если он что-то с тобой сделает?
- Не бойся, только и сам не оплошай, в меня стрелять не надо там, ладно? Мне не нравится лечиться от огнестрельных ранений. – подмигнула ему я и проверила внешность в зеркало и на фотографии.
- Меня и правда мутит. Ты так здорово изменилась, как я тебя выведу сейчас?
- Зови шефа, бери дело и вези меня в больницу. Или мне пока самой, а в больнице опять?
- А ты сможешь?
Не зря я вчера так усиленно прощалась с Денисом, сил было много.
- Тогда я позвоню, сейчас, пока голос ещё не изменился.
Я поговорила с Денисом всего пять минут. Он рыдал на том конце трубки, обещал поймать засранца полицейского и надрать ему задницу, искать меня по всему городу и миру, покончить с собой и вообще глупости говорил.
- Денис, Данька, я люблю тебя! Я, твоя Лиса, должна помочь людям и вернуться к тебе! А, чтобы я к тебе вернулась, всё должно оставаться по прежнему: полиция - работать, ты - жить, мир - существовать! Данька, у тебя такой шанс понять, что я тебе нужна! Проживи несколько лет без меня, и когда я вернусь, вспомни, узнай и позови! Люблю и уже скучаю! – положила трубку и тут же перезвонила его отцу.
- Поймите меня правильно. Я освобождаю вашего сына от всех обязательств, но присмотреть за ним вы обязаны, я уезжаю прямо сейчас, далеко и надолго, помогите ему ради себя, сейчас побудьте с ним, пожалуйста! – он мне ответил, что уже идёт к сыну и связь прервалась.
Отключила телефон с уже пятью не отвеченными звонками, вынула симкарту и переломила её пополам.
- Жёстко.
- Он в меня тоже стрелял жёстко, просто так пальнул, по дури, в кусты, не видел и не смотрел есть там кто или нет.
- Он тебя любит, полюбил потом, такую, какая есть!
- Ты меня отговариваешь? На живца маньяка ловить не будем?
Сглотнул, поёжился, смирился.
Больницы все одинаковые.
Вошли, никому не нужные, я разделась в палате реанимации, легла и по памяти стала восстанавливать общий вид израненного тела.
Юного офицера опять замутило.
- Тебя как зовут?
- Что? Игорь. – отвернулся.
- Гоша, а Гоша, а можно я внутренние повреждения не буду делать, у неё разрывы были тяжелейшие, я просто не смогу так же.
Ага. Откачивать его пришлось мне и палатному врачу, который был в курсе и потому в шок при виде меня в синяках не впал.
- Очень похожа, как сестра, даже почти клон, не знал бы о подмене, не поверил бы. – беглый осмотр меня и всё внимание Игорю.
- Док, вы мне дайте её карточку почитать, я тело видела, но знать должна точно, что у неё внутри было, кроме переломов запястий и ног. – я вздохнула и расслабилась на кровати.
- Переломы не надо имитировать, надеюсь?
- Обойдёмся без переломов, так далеко никто проверять не станет, мы не допустим. Да и снимков замен можно предоставить множество! Просто пока наложим шинки и будем продолжать видимость реанимации, дней пять от силы, потом обговорим выписку на дом. – он сам сделал все процедуры с шинами и я почувствовала себя в капкане, ни рукой шевельнуть, ни ногой.
- Сюда ваш маньяк точно не сунется? А то я за себя не отвечаю.
- Постоянная охрана в коридоре. – слабеньким голосом отозвался Игорь.
- Ты можешь здесь охранять, а то скучно будет лежать так долго.
Врач улыбнулся и вышел, Игорь устроился на стуле и обмахивался папкой с делом.
- Время зря не теряй, почитай мне все мелочи пока.
Выписка домой прошла без сучка, без задоринки – родные просто рыдали от счастья, глядя на моё опухшее и пятнистое лицо.
Дома оказалось ещё проще – все понимали, что такой шок так просто не проходит, и не придавали значения изменениям.
Маньяка поймали, не зря разнесли по всем СМИ, что жертва выжила, и составила фоторобот. Спалился он очень глупо, сам пришёл искать жертву у дома.
Очная ставка.
Мне-то говорить нечего, даже в деле было, что накачана наркотой, то есть ничего не помнит.
А он надеется на это.
Не на ту напал.
Игорь скромно сидел в уголке, пока мы разглядывали друг друга через стекло.
- Что же ты не сдохла, я ведь так старался! – он не выдержал первым, хотя так усиленно отпирался на допросах.
- Мало старался, надо было вот так! – и я показала ему тело, то самое из морга, только стоящее на сломанных ногах, машущее сломанными запястьями и тянущееся к нем через стекло.
Усмехнулся и плюнул.
В следующий миг стекла не было, а мой призрак девчушки просто размазал по нему гниль останков, которая наверняка именно сейчас уже была в земле.
Как он кричал, как вырывался, а я его просто гладила переломанными пальцами и просила не шуметь.
Когда морок закончился, и стекло появилось, я обернулась к Игорю:
- Тебе память стирать? Бери у него сейчас показания, я подожду.
- Если бы мы так всегда могли, раскрываемость была бы…
- Всегда нельзя, я ему волю сломала, он уже не человек, он преступник со сломанной волей, его убьют на зоне сразу же. Лишь бы до суда дожил, он ведь серийный, другие жертвы не выжили? – видимость переломов, не то же самое, что сами переломы, срастаться нечему.
Маньяк вежливо всё рассказал, на меня не косился, беспокойств не выказывал.
Слушание назначили не скоро, через год только.
Осудили.
А на суде он даже пытался раскаяться, но обещал понести полное наказание и ничего не отрицал.
- Дело сделано, спасибо! – Игорь мило проводил меня вместе с родителями до машины.
- Такой милый молодой человек, приходите к нам обедать в выходные? – это Бабушка, уж как мы все отговаривали её ехать на суд, но она поехала.
- К сожалению, не смогу, дежурство. – Игорь улыбнулся и мы расстались.
Отпускать людей не сложно, сложно возвращаться.
Дениса я не забывала ни на минуту.
Тосковала, даже пыталась ездить к нему, но семья не отпускала.
Они вообще никуда больше одну меня не отпускали, слишком боялись потерять единственную дочь.
Пришлось делать чудо – при такой взрослой дочке, мама была ещё в детородном возрасте и забеременела. Нет, я ничего специально не делала, чуть там помогла, чуть здесь Бабушку на концерт в консерваторию увела. Им нужен наследник, хорошая семья.
А потом радостно помогала растить ребёнка и даже затерялись несколько важных лет именно потому, что мне вдруг очень захотелось стать семьёй.
Что-то я изменила в мироздании, сместились пласты и хвост, десятый, вырос сам, без помощи со стороны. Всего-то на прогулке с братиком я и заметила, что силы вернулись и я могу всё!
- Мама, Папа, Бабушка! – мы прибежали с прогулки счастливые, как никогда!
- Что ты шумная какая? – это Бабушка от сериала оторвалась.
- Меня на работу приглашают, за границу, квартиру, машину дают, зарплата хорошая и работа прямо мечта
- Ты же институт не закончила ещё, а как же диплом? – Папа огорчён, но не сильно.
- А я сдам всё, у меня и диплом уже написан, просто руководителю сдам и поеду. Такие предложения бывают раз в жизни!
Совещались недолго, отпустили с оглядкой, обещала писать.
Я вернулась, не прошло даже и десяти лет.
Вернулась и забрала Дениса с собой, в другую жизнь, в другие имена и другие проблемы.
- Привет! – я улыбнулась повзрослевшему Дену и слегка махнула ему рукой.
- Привет, как дела? – Ден слегка удивился незнакомой девушке возле своего дома.
- Ты даже никуда не уехал. Я думала, может, семью заведёшь?
- Я однолюб, как оказалось. Я тебя знаю, где мы виделись?
- Меня Таней зовут, а тебя Денис, но именно меня ты никогда не видел. – я заглянула ему за плечо и увидела рыжий пушистый хвост лисы, смешно выглядывающий из-за угла дома. – О, у тебя лиса живёт, ручная?
- Это моей девушки лисы, они сами пришли и не уходят, так здесь и живут, как зима была морозная, а соседи рады, мышей нет и крыс тоже, они умные.
Лисы открыли калитку и окружили меня, ластясь и пофыркивая.
- Милые какие, а как их зовут?
- Ты же знаешь, зачем спрашиваешь Таня-Лиса?
- А ты помнишь, Ден-Данька.
- Не только помню, но и прошу вернуться. Ты же свой десятый хвост так и не забрала. – он сделал жест рукой, как будто что-то достаёт из-за пазухи.
- А мне уже и не надо его забирать, он твой, первый и очень надеюсь не последний хвост! Ты хотел служить мне всю жизнь? Такое было твоё желание?
- Всю мою жизнь!
- А я хочу жить с тобой мою жизнь! Это моё волшебное желание! И у меня есть силы, чтобы сделать его реальностью! – я тихо вложила ему ладошку за пазуху и прижала посильнее.
- Что ты можешь сделать?
- Я могу сделать тебя таким же как я.
- Я согласен!
Просто нельзя было дать людям мучиться потерей, нельзя было не выслушать пожелание юного офицера полиции, а наречённый пожеланием ждал, верил, дождался и радостно изменился с ней вместе. Ведь только десятихвостая может поменять человека, а девятихвостая просто перейти на новый уровень сделав доброе дело!
Википедия: Тэнко («небесная лиса») — кицунэ старше 1000 лет.
- Ты их загипнотизировала? – он ластился, но осторожно и отчаянно, как в последний раз.
- Почти. Они не будут больше говорить на эти темы, но с заменой документов придётся уехать, я не могу дважды воздействовать на людей без последствий. Будут наслоения предыдущего воздействия и нестыковки. Понимаешь? – а я отдавалась, как будто прощалась.
- Не вздумай уходить без меня, я без тебя не жилец, а ты без меня свой десятый не вернёшь.
- Это шантаж? – укусила я его за ухо.
- Ай, если понадобится, то шантаж!
- Я могу вернуть десятый хвост без тебя. Это просто энергетический уровень. Закрою канал подпитки тебя и через пару сотен лет десятый сам отрастёт, ну или лет через двадцать медитации.
- Сколько? Я столько не выдержу!
А на следующий день позвонил юный полицейский, и пришлось ехать, забирать документы.
- Я одна поеду, тебе не стоит смотреть на всё это.
- Что ты ему пообещала?
- Пока ничего, не волнуйся.
- Ты вернёшься?
- Обязательно!
Как же хорошо, что Денис не поехал, думала я, глядя на останки юной совсем девчушки. Израненное тело, слишком молодое, чтобы умирать, слишком истерзанное, чтобы продолжать жить.
- Я кое что знаю про тебя, ты сама вложила в меня эти знания, когда просила найти документы. – слишком сосредоточенное личико молодого офицера полиции.
- Я смогу, но мне нужно фото, а не останки. И ещё, ты меня прикроешь перед Денисом. Так надо. Я должна прервать отношения с ним, чтобы измениться. – провела рукой над личиком девчушки и вздрогнула, ощутив силу монстра-изувера, который так над ней надругался.
- Ты уже меняешься. Ты сможешь нам помочь его поймать? Ты же сильная? – его губы задрожали.
- Я сильная, а ты нет. Пойдём в кабинет или ещё куда, поговорим. Мне нужны данные и фотографии, остальное я потом восполню, первое время будем ссылаться на шок от всего. – мы шли по коридору и я скрывала лицо от встречных, уже начались изменения, обратимые, но заметные для посторонних.
- Что будет нужно: выступить в суде, но к тому времени мы его поймаем точно! Ловить буде на живца, то есть на тебя. Это сейчас она в нашем морге, а вчера была в больнице, там пока молчат и близких не пускают. Я договорился. И шеф помог, хотя он не в курсе до конца. Как же ты меняешься, меня сейчас стошнит…- он отвернулся.
- Как же я не хочу в больницу ехать. Сделаешь мне с ним очную ставку без свидетелей, если будет тяжело, я тебе потом память подотру с твоего разрешения? – я пока убрала раны с лица и тела, их можно и в больнице навести.
- Мне и так жутко, а ты…
- За кого ты боишься больше? За себя?
- За тебя, а если он что-то с тобой сделает?
- Не бойся, только и сам не оплошай, в меня стрелять не надо там, ладно? Мне не нравится лечиться от огнестрельных ранений. – подмигнула ему я и проверила внешность в зеркало и на фотографии.
- Меня и правда мутит. Ты так здорово изменилась, как я тебя выведу сейчас?
- Зови шефа, бери дело и вези меня в больницу. Или мне пока самой, а в больнице опять?
- А ты сможешь?
Не зря я вчера так усиленно прощалась с Денисом, сил было много.
- Тогда я позвоню, сейчас, пока голос ещё не изменился.
Я поговорила с Денисом всего пять минут. Он рыдал на том конце трубки, обещал поймать засранца полицейского и надрать ему задницу, искать меня по всему городу и миру, покончить с собой и вообще глупости говорил.
- Денис, Данька, я люблю тебя! Я, твоя Лиса, должна помочь людям и вернуться к тебе! А, чтобы я к тебе вернулась, всё должно оставаться по прежнему: полиция - работать, ты - жить, мир - существовать! Данька, у тебя такой шанс понять, что я тебе нужна! Проживи несколько лет без меня, и когда я вернусь, вспомни, узнай и позови! Люблю и уже скучаю! – положила трубку и тут же перезвонила его отцу.
- Поймите меня правильно. Я освобождаю вашего сына от всех обязательств, но присмотреть за ним вы обязаны, я уезжаю прямо сейчас, далеко и надолго, помогите ему ради себя, сейчас побудьте с ним, пожалуйста! – он мне ответил, что уже идёт к сыну и связь прервалась.
Отключила телефон с уже пятью не отвеченными звонками, вынула симкарту и переломила её пополам.
- Жёстко.
- Он в меня тоже стрелял жёстко, просто так пальнул, по дури, в кусты, не видел и не смотрел есть там кто или нет.
- Он тебя любит, полюбил потом, такую, какая есть!
- Ты меня отговариваешь? На живца маньяка ловить не будем?
Сглотнул, поёжился, смирился.
Больницы все одинаковые.
Вошли, никому не нужные, я разделась в палате реанимации, легла и по памяти стала восстанавливать общий вид израненного тела.
Юного офицера опять замутило.
- Тебя как зовут?
- Что? Игорь. – отвернулся.
- Гоша, а Гоша, а можно я внутренние повреждения не буду делать, у неё разрывы были тяжелейшие, я просто не смогу так же.
Ага. Откачивать его пришлось мне и палатному врачу, который был в курсе и потому в шок при виде меня в синяках не впал.
- Очень похожа, как сестра, даже почти клон, не знал бы о подмене, не поверил бы. – беглый осмотр меня и всё внимание Игорю.
- Док, вы мне дайте её карточку почитать, я тело видела, но знать должна точно, что у неё внутри было, кроме переломов запястий и ног. – я вздохнула и расслабилась на кровати.
- Переломы не надо имитировать, надеюсь?
- Обойдёмся без переломов, так далеко никто проверять не станет, мы не допустим. Да и снимков замен можно предоставить множество! Просто пока наложим шинки и будем продолжать видимость реанимации, дней пять от силы, потом обговорим выписку на дом. – он сам сделал все процедуры с шинами и я почувствовала себя в капкане, ни рукой шевельнуть, ни ногой.
- Сюда ваш маньяк точно не сунется? А то я за себя не отвечаю.
- Постоянная охрана в коридоре. – слабеньким голосом отозвался Игорь.
- Ты можешь здесь охранять, а то скучно будет лежать так долго.
Врач улыбнулся и вышел, Игорь устроился на стуле и обмахивался папкой с делом.
- Время зря не теряй, почитай мне все мелочи пока.
Выписка домой прошла без сучка, без задоринки – родные просто рыдали от счастья, глядя на моё опухшее и пятнистое лицо.
Дома оказалось ещё проще – все понимали, что такой шок так просто не проходит, и не придавали значения изменениям.
Маньяка поймали, не зря разнесли по всем СМИ, что жертва выжила, и составила фоторобот. Спалился он очень глупо, сам пришёл искать жертву у дома.
Очная ставка.
Мне-то говорить нечего, даже в деле было, что накачана наркотой, то есть ничего не помнит.
А он надеется на это.
Не на ту напал.
Игорь скромно сидел в уголке, пока мы разглядывали друг друга через стекло.
- Что же ты не сдохла, я ведь так старался! – он не выдержал первым, хотя так усиленно отпирался на допросах.
- Мало старался, надо было вот так! – и я показала ему тело, то самое из морга, только стоящее на сломанных ногах, машущее сломанными запястьями и тянущееся к нем через стекло.
Усмехнулся и плюнул.
В следующий миг стекла не было, а мой призрак девчушки просто размазал по нему гниль останков, которая наверняка именно сейчас уже была в земле.
Как он кричал, как вырывался, а я его просто гладила переломанными пальцами и просила не шуметь.
Когда морок закончился, и стекло появилось, я обернулась к Игорю:
- Тебе память стирать? Бери у него сейчас показания, я подожду.
- Если бы мы так всегда могли, раскрываемость была бы…
- Всегда нельзя, я ему волю сломала, он уже не человек, он преступник со сломанной волей, его убьют на зоне сразу же. Лишь бы до суда дожил, он ведь серийный, другие жертвы не выжили? – видимость переломов, не то же самое, что сами переломы, срастаться нечему.
Маньяк вежливо всё рассказал, на меня не косился, беспокойств не выказывал.
Слушание назначили не скоро, через год только.
Осудили.
А на суде он даже пытался раскаяться, но обещал понести полное наказание и ничего не отрицал.
- Дело сделано, спасибо! – Игорь мило проводил меня вместе с родителями до машины.
- Такой милый молодой человек, приходите к нам обедать в выходные? – это Бабушка, уж как мы все отговаривали её ехать на суд, но она поехала.
- К сожалению, не смогу, дежурство. – Игорь улыбнулся и мы расстались.
Отпускать людей не сложно, сложно возвращаться.
Дениса я не забывала ни на минуту.
Тосковала, даже пыталась ездить к нему, но семья не отпускала.
Они вообще никуда больше одну меня не отпускали, слишком боялись потерять единственную дочь.
Пришлось делать чудо – при такой взрослой дочке, мама была ещё в детородном возрасте и забеременела. Нет, я ничего специально не делала, чуть там помогла, чуть здесь Бабушку на концерт в консерваторию увела. Им нужен наследник, хорошая семья.
А потом радостно помогала растить ребёнка и даже затерялись несколько важных лет именно потому, что мне вдруг очень захотелось стать семьёй.
Что-то я изменила в мироздании, сместились пласты и хвост, десятый, вырос сам, без помощи со стороны. Всего-то на прогулке с братиком я и заметила, что силы вернулись и я могу всё!
- Мама, Папа, Бабушка! – мы прибежали с прогулки счастливые, как никогда!
- Что ты шумная какая? – это Бабушка от сериала оторвалась.
- Меня на работу приглашают, за границу, квартиру, машину дают, зарплата хорошая и работа прямо мечта
- Ты же институт не закончила ещё, а как же диплом? – Папа огорчён, но не сильно.
- А я сдам всё, у меня и диплом уже написан, просто руководителю сдам и поеду. Такие предложения бывают раз в жизни!
Совещались недолго, отпустили с оглядкой, обещала писать.
Я вернулась, не прошло даже и десяти лет.
Вернулась и забрала Дениса с собой, в другую жизнь, в другие имена и другие проблемы.
- Привет! – я улыбнулась повзрослевшему Дену и слегка махнула ему рукой.
- Привет, как дела? – Ден слегка удивился незнакомой девушке возле своего дома.
- Ты даже никуда не уехал. Я думала, может, семью заведёшь?
- Я однолюб, как оказалось. Я тебя знаю, где мы виделись?
- Меня Таней зовут, а тебя Денис, но именно меня ты никогда не видел. – я заглянула ему за плечо и увидела рыжий пушистый хвост лисы, смешно выглядывающий из-за угла дома. – О, у тебя лиса живёт, ручная?
- Это моей девушки лисы, они сами пришли и не уходят, так здесь и живут, как зима была морозная, а соседи рады, мышей нет и крыс тоже, они умные.
Лисы открыли калитку и окружили меня, ластясь и пофыркивая.
- Милые какие, а как их зовут?
- Ты же знаешь, зачем спрашиваешь Таня-Лиса?
- А ты помнишь, Ден-Данька.
- Не только помню, но и прошу вернуться. Ты же свой десятый хвост так и не забрала. – он сделал жест рукой, как будто что-то достаёт из-за пазухи.
- А мне уже и не надо его забирать, он твой, первый и очень надеюсь не последний хвост! Ты хотел служить мне всю жизнь? Такое было твоё желание?
- Всю мою жизнь!
- А я хочу жить с тобой мою жизнь! Это моё волшебное желание! И у меня есть силы, чтобы сделать его реальностью! – я тихо вложила ему ладошку за пазуху и прижала посильнее.
- Что ты можешь сделать?
- Я могу сделать тебя таким же как я.
- Я согласен!
Просто нельзя было дать людям мучиться потерей, нельзя было не выслушать пожелание юного офицера полиции, а наречённый пожеланием ждал, верил, дождался и радостно изменился с ней вместе. Ведь только десятихвостая может поменять человека, а девятихвостая просто перейти на новый уровень сделав доброе дело!
Википедия: Тэнко («небесная лиса») — кицунэ старше 1000 лет.
