Песец пришёл или приключения оборотня в городе. часть 9

[oruga]

начало

Среди ночи пришёл, обнял, перенёс к кошкам, а потом с ними обратно, я почти не проснулась...
- Ты чего? - повозилась, удачно пристроившись у него под боком.
- А ты чего? Мы про твоих хвостов забыли...
- Мама приедет, покормит...
- Я ей записку оставил, что кошки с нами...
До меня дошёл смысл сказаного.
- Записку маме? Кошки с нами? Мы опять путешествовали? А как же я? Теперь мне болеть? Или что, какая расплата за передоз путешествий и нагрузки?
- Прости. Поспи, я помешал, прости!
Кошек искали все оставшиеся дни.
Так и не нашли.
Меня тоже особо никто не кантовал больше - зато активные аборигены облепили наши шезлонги и всё рвались общаться.
Оборотень сидел неотрывно рядом, но не мешал им...
Ночью уговаривал соглашаться на любые отношения, расслабиться, отдохнуть на всю катушку, мазохист.
Дети радовали победами над водой - не зря были посещения бассейна и уроки плавания.
Мои заплывы были по прежнему ночными, а картины, если я пыталась целовать оборотня, прежними...
- Ты так и не сказал, если мы вместе, то до конца? - пристала я к нему в последний наш запланированный на отдых день.
- Чего именно ты хочешь?
- Ты меня подкладываешь каждому встречному-поперечному, а я не хочу никого!
- Кроме бывшего?
Кроме тебя...
Нырнула, раздраженно увернувшись от его рук и уплыла к берегу.

Так во сне детей и переносили, кошек он сам принёс, сытых и чистых - уж не знаю, где они все эти дни бегали!
Дома дети утром молча собирались завтракать, я так же молча убирала пыль по всем поверхностям, оборотень крутился под ногами и заскочил со мной в ванну.
- Зачем всё это?
- Я тебе помешал! Я не думал, что ты его любишь! Найду и приведу. Выпусти меня из дома.
- Я тебе приведу! - уткнулась ему в плечо. - У тебя всё сложно, у меня всё сложно... я свободна, ты вроде тоже не связан обязательствами, в чём дело? Я совсем не в твоём вкусе? Целовать можно, дальше ни-ни?
- Мне нельзя тебя любить... - отвернулся.
- А мне тебя можно? Или мне можно тебя изнасиловать, а ты будешь сопротивляться? Что? - отпустила я его.
- Нет, не так, я не знаю, как объяснить...
- Уходишь? Уходи... - открыла дверь ванной, потом входную...
Смотрела, как виновато опущенный хвост исчезает за поворотом, закрыла дверь и села под ней.
- Мама, ты зачем Друга отпустила? - сын, мудрый и своенравный не по годам.
Дочка молча села рядом.
- Тим, Тома, так надо. Он не хочет больше быть с нами... Ему пора идти. Холодов больше нет, у него свои планы. Вы большие, поймёте.
- А ты, у тебя какие планы?
- Работать, вас растить.
- Друг был прикольный, я хочу такую собаку навсегда. - сын, как всегда.
- Он не собака... лис! - дочка!...
- Он не собака... - я встала и всё-таки ушла в ванну.
А там, за шумом воды, выплакала всё, что накопилось, всё что мешало дышать и жить... надеюсь, что всё.

Как же быстро пролетает время, если работаешь одна на всю семью - незаметно быстро!
Осенью объявился бывший.
Его дамы его выгнали.
Идти ему некуда, жить не на что - я имею в виду снимать квартиру.
Обобрали до нитки.
Приютила, квартплата пополам.
А в октябре у меня на глазах машина сбила... песца. В городе, на широкой магистрали, я в автобусе ехала и наперерез движению, очень интенсивному в это время, выскочил пушистый хвост!
Сердце замерло.
Пока вылезала из переполненного автобуса, пока бежала до места происшествия, пока смотрела, невидящими ничего глазами - пока...
- Ты жив? - потрогала грязную шёрстку и услышала слабое сердцебиение.
Погладила вдоль хребта - вроде бы цел!
Хозяин машины, сбившей песца, принёс покрывало.
- Давайте преложим его и в салон, я знаю тут рядом хорошую ветеринарную клинику, поможете мне отвезти его? - и уложил покрывало прямо в осеннюю слякоть рядом с тельцем.
- Помогу, только осторожнее, пожалуйста!
- Откуда такой красавец в городе?
- Если бы я знала...
Клиника.
А хозяина машины здесь знают...
Нас оставили в смотровой и оборотень тут же застонал на столе, я его чуть удержала, ладно хоть стол большой и он лежал клубочком.
- Ты как?
- Не оставляй меня здесь, пожалуйста! - кровь в углу рта напугала меня больше, чем хриплый голос.
- Язык прикусил или изнутри кровь? Где болит, скорее говори!
- Рёбра, бок болит... а так вроде всё в порядке.
- Зачем ты в поток машин побежал?
- Помнишь ты сказала, что я за собаками буду бегать? Как кобель... - он закашлял...
- Тише... помню...
- Я тебя почуял, у меня совсем самосохранение отключилось, не помню, как побежал!
- Бред... Я тебя домой заберу. Не трепыхайся.

Как оперировали, как вообще всё происходило, ничего не помню, даже как домой доехали.
Уже дома, когда дети меня чаем горячим отпаивали и смеясь вспоминали, что чужой дядька принёс их собачку, и привёл маму, я начала понимать, что опять попала в замкнутый круг.
Ну и ладно, бывший не навсегда, а песец... он и дома песец. Я его больше не отпущу.
А на собаках, как и на лисах, всё быстрее заживает!
Через неделю швы уже затянулись, внутренних повреждений никаких, хрустяшки, которые привёз водитель авто, понравились кошкам, а песец... Оборотень забыл, что он может, и был примерной собачкой, выздоравливал, вилял хвостом, не рычал на бывшего, лизал руки детям и был очень мил.
- Что же мне делать? - гладила я пушистый бок оборотня, со шрамом.

продолжение